В РосНОУ прошло второе заседание научного семинара «Математика и искусство: симметрия, структура и красота»

5 марта 2014 года в Российском новом университете (РосНОУ) прошло второе заседание научного семинара «Математика и искусство: симметрия, структура и красота».

Цель семинара — представление работ ученых и художников на стыке математического, научного и художественного творчества.

С докладом «Вечное фрактальное возвращение: по роману Флэнна О’Брайена Hell goes round and round» выступила кандидат филологических наук Татьяна Борисовна Бонч-Осмоловская.

Докладчик предложила математическую концепцию множественных повторений, производящих бесконечные или квази-бесконечные последовательности — литературные фракталы — для анализа романа О'Брайена «Третий полицейский» (рабочее название романа: Hell goes round and round, «Ад вращается по кругу»). Посредством повторов с изменениями, возникающими на различных уровнях текста, автор ведет читателя к пониманию мира главного героя, «мира мертвых и проклятых». Докладчик продемонстрировала, что, несмотря на кажущуюся простоту романа, для его понимания необходимо использовать математические и физические модели, такие как понятия порядка и беспорядка, фракталов и странных аттракторов.

В мире романа наблюдатель сталкивается с пространственными, размерными, временными нарушениями, утратой имени и памяти, парадоксами жизни-в-смерти и смерти-в-смерти. размышлениях о сходимости и существовании предела иллюзорных рядов. Повторения развиваются от простого удвоения в подобия, отражения, квази-бесконечные ряды невозможных объектов, невероятно длинные перечисления наборов пугающе схожих объектов, в бифуркации персонажа, встречающего разновидности собственной сущности, в бесконечно вложенные души внутри иллюзорного тела, в цикличность смерти, и, наконец, к повторению завязки романа как началу очередного цикла тех же невыносимых событий, страшных, навязчивых и привлекательных как бездна.

Именно в литературе, как и в математике, осуществимо представление платоновского мира идей, в котором существуют фракталы: бесконечно самоподобные объекты. Ограничения физического мира, как природного, так и созданного человеком, и физических процессов, ограниченных в пространстве и времени, становятся непреодолимыми факторами на возможности точной интерпретации этих объектов как фракталов. В то время как в мире, создаваемом волей писателя и воображением читателя, фрактальные объекты осуществимы и завораживают своей «дурной бесконечностью», как это происходит в романе Нолана О'Брайена «Третий полицейский».

Татьяна Александровна Голикова о заседании математического семинара

Автора доклада «Вечное фрактальное возвращение: по роману Флэнна О’Брайена “Hell goes round and round”» Т.Б. Бонч-Осмоловскую отличает тонкое и очень бережное отыскивание соответствующих теме «фракталы» сюжетов (исторических, философских, культурологических, литературных), тонкое прочтение далеко нелинейного текста, безупречная интерпретация. Прозвучала очень важная мысль о необходимости работы читателя с «фрактальными» многоуровневыми текстами, которые представляют собой тексты закрытые и которые нуждаются в особых ключах. Автор, как правило, предоставляет читателю ключ для нелинейного, не поверхностного прочтения, но и читателю требуется труд, чтобы войти в глубину текста.

Меня поразила идея вечного «фрактализма» в виде наших [читательских] собственных воображений, допущений в процессе анализа текста, нашего огромного неисчерпаемого ассоциативного запаса, который позволяет конструировать особым образом текстовую реальность, но и одновременно нащупывать авторские смысловые доминанты.

Меня не поразила идея писателя о смерти и возвращении, воскрешении, о кругах ада, о кругах жизни в аду… Меня не поразила безысходность, или, точнее скажу, временная безысходность, якобы решаемая цикличностью с учетом погрешностей. Меня поразило бесконечное желание автора и многих других авторов повторять сюжет, зацикливать материал, что демонстрирует нешуточное раздумие — гдЕ мы, где вЕчное, где мы сегОдня, зАвтра, потОм…

И это как раз объясняет желание автора «играть» с текстом, с сюжетом, эмоцией. Так называемая «смешная» проза О’Брайана, Д. Джойса, «игровая» проза В. Набокова и других маскирует страх смерти, небытия, показывает пути пусть и эфемерного выхода, воскрешения, даже если не в реальности, но в вечно живом разуме.

Зная, каких высот и глубин достигла сегодня естественнонаучная парадигма, мы вправе допустить тот же «атомный» подход к языку. Пусть мы его назовем «элементарно семный», «элементарно концептуальный», «элементарно ассоциативный», главное, чтобы он показал нам, из чего состоит художественный, образный мир, чтобы мы, читатели, могли вплотную приблизиться к «картинке», идее, мотивам Автора! Чтобы мы, читатели, не «блуждали» в лабиринтах авторских построений, а видели мир и замысел Художника, обогащаясь эстетически, интеллектуально и нравственно.

Татьяна Александровна Голикова,
доктор филологических наук,
профессор кафедры русского языка и издательского дела
факультета гуманитарных технологий РосНОУ

Мы отметили серьезное, крайне интересное изложение литературного материала, понятное, богатое культурологическими деталями. Мы были рады, что удалось посетить такой семинар.

Cтуденты 641 группы вечернего отделения
факультета гуманитарных технологий РосНОУ